Вчера совершенно роскошный концерт!
Опять отправился на Александра Князева, виолончель на этот раз.
С ним органист Томской филармонии Дмитрий Ушаков (оказывается, в Томске орган есть), кстати он признан органистом года.
Сперва один Ушаков токкату (типа разогрева). Действительно очень хороший органист!
А когда вышел Князев, зал сразу завелся с полуоборота!
Играли только Баха. Различные вещи для виолы-да-гамба с клавиром, органом. Часть из них адаптации для этих инструментов. И в основном светскую музыку.
Было хорошо видно как от движения смычка по струнам облаком разлетается канифоль.
После антракта Князев соло.
(помните, я рассказывал про его четырех-часовой концерт соло?)
На этот раз Чакона ре минор. Бах написал ее для виолы(?) или для скрипки(?). В наше время исполняется на скрипке и считается одним сложнейших произведений для скрипки-соло.
Вот дальше не совсем понятно.
А анонсе к концерту написано, что "версия для виолончели А. Князева". Но при объявлении номера сказали, что "это экстремально сложная адаптация, и Александр Князев - один из немногих виолончелистов в мире, способных ее исполнить". В общем, неясно кто адаптировал. Но одно другого не исключает.
Это было умопомрачительно! Тут и быстрые и медленные фрагменты, и сумасшедшая аппликатура, и игра на нескольких струнах сразу. Если на скрипке это сложно считается, то на виолончели и вовсе жесть. Зал просто взорвался и долго не давал продолжить концерт.
Потом еще одна трехчастная вещь вдвоем.
И под конец три биса. Последним из них - очень известная и очень часто исполняемая лирическая вещь для органа (не помню названия), а тут главный голос был отдан виолончели, и получилось новая обалденная вещь! Интересно бы чтоб сам Иоганн Себастьяныч ее услышал.
Зал встал!, музыкантов заставили раз пять наверно выйти на поклон!
В который уже раз замечаю, что в Малый зал Консерватории приходит особая публика, и очень мало случайных людей. Ну хотя бы то что никто ни разу (!) не захлопал между частями произведений - и это вообще без напоминаний.
Но почему-то зал был не полон, после антракта зрителей с балкона даже согнали в партер на свободные места.
В зале были дети, но вели себя тихо, сидели и внимали. А между бисами одна пятилетняя девочка выскочила на сцену, подбежала к Князеву и обняла его. Судя по его недоуменному взгляду он ее не знает. Вот такой детский порыв и непосредственность.
Конечно акустика Малого - это выше любого эталона. И впервые услышал орган Малого зала, низов прогнозируемо меньше.
На фото обратите внимание на зеркало "заднего вида" справа у органиста.
Этот концерт я себе записал как один из лучших на каких побывал в жизни.
